string(55) "http://dumrt.ru/ru/articles/mm-islam/mm-islam_1218.html"
06.08.2012 09:37

Как и абсолютное большинство татарского населения дореволюционной России, татарские купцы и промышленники были верующими людьми, следующими законам ислама. Приверженность к мусульманской религии проявлялась в разных поступках и в образе жизни. Представители старшего поколения предпринимателей строго соблюдали все требования мусульманства. Старшее и частично среднее поколения регулярно посещали мечети или молельные дома (где не было мечетей).

Согласно исламским традициям и предписаниям, молодые купцы и фабриканты посещали мечети для совершения коллективного намаза в основном в праздничные дни и по пятницам. Для всех поколений предпринимателей было характерно бережное отношение могилам предков, к их светлой памяти. Об этом красноречиво говорят ухоженные по мусульманским традициям могилы родственников и близких в нашем регионе. Со вкусом оформленные надмогильные памятники также отражали татарские мусульманские традиции. Для их изготовления татарские предприниматели привлекали лучших мастеров.

В нашей истории имели место влияние суфистские традиции не только в литературе, но и в некоторых сферах жизни татар-мусульман. Акчурины бережно и с трепетом относились не только к могилам своих предков. Они ухаживали за местами, которые считались святыми мусульманскими захоронениями. Среди них хочется назвать две могилы. Одна из них принадлежит девушке по имени Пакиза, которая обладала необыкновенной памятью, знала наизусть Коран и умерла в юном возрасте (с. Гурьевка Карсунского уезда Симбирской губернии). Вторая могила, Шагбан-бабая, находится в 4-5 верстах от д. Калда Сенгилеевского уезда Симбирской губернии и принадлежит неизвестному путнику. Летом 1891 года астраханские купцы Абдульяшид и Хусаин Еремеевы вместе с ахуном Фарид эфенди стали организаторами сбора денег для обнесения (сооружения) каменной стеной местного кладбища мусульман.

Особо бережным и уважительным отношением к могилам своих односельчан (д. Акзегитово Цивильского уезда Казанской губернии) отличался известный купец Загидулла Шафигуллин. В сводках жандармерии указывалось о местном кладбище, «…приведенном Шафигуллиным в блестящее состояние…» На Ирбитской ярмарке татары-купцы регулярно собирали средства для содержания мусульманского кладбища.

Татарские предприниматели принимали самое активное участие в организации и проведении мусульманских праздников Ураза-байрам и Курбан-байрам. Они бескорыстно брали на себя финансирование торжеств, часть своего имущества и денежных средств отдавали в качестве милостыни. По свидетельству старожилов, по распоряжению фабрикантов сукна около мечетей расстилали войлок для удобного совершения праздничного намаза.

Соблюдая требования ислама, татарские купцы и промышленники региона организовывали паломничество местных мусульман в Мекку и Медину. На средства Хусаиновых, Рамиевых, Акчуриных, Яушевых, Дебердиевых, Юнусовых, Апанаевых немало мусульман совершили хадж.

Многие татарские предприниматели и сами совершали хадж. Видимо, первым из Акчуриных это сделал Сулейман Абдуллович, владелец Старотимошкинской фабрики. Это произошло в мае 1864 года. Фабриканта сопровождал фабричный мулла Зыятдин Мустакимов. Брат Сулеймана Ильяс был вторым из Акчуриных, посетившим Мекку и Медину. В середине 80-х гг. ХIХ века хадж совершил Асфандиар Курамшевич. В 1899 году святые места всех мусульман посетил и Тимербулат Курамшевич Акчурин, взяв с собой дочь Айшу. Вместе с ним паломничество совершил и представитель рода фабрикантов Дебердиевых Мухамед-Юсуф Мухамед-Аминович. Хадж совершили и другие дочери Т.К. Акчурина.

Говоря о паломничестве к святым местам, следует выделить саратовских фабрикантов Дебердиевых. Они владели домами в Мекке и Медине для приема паломников из России, в первую очередь татар. Их представителем в святых местах мусульман был известный татарский ученый (историк, теолог), общественный деятель Мухаммад Мурад Рамзи. Дома в Медине, также в Константинополе имел до 1917 года и крупнейший домовладелец Казани Мухамед-Шакир Закирович Бигаев. Известный купец Казани Курбан Али б. Муртада б. Исмаил б. Иусуф б. Бурнай в середине ХIХ в. выделил средства на строительство большой такния в Медине. Татарские купцы и промышленники создавали условия, возможности для совершения хаджа религиозными деятелями. Направляясь в Мекку и Медину для совершения хаджа, Ш. Марджани 11 августа 1880 г. останавливался на Нижегородской ярмарке. Во время встречи мусульманские купцы подарили ему 300 руб.

На деньги татарских предпринимателей были построены и содержались сотни мечетей в губерниях региона и за его пределами. В 1853 г. симбирский купец Курамша Абдуллович Акчурин построил в губернском центре каменный молитвенный дом для мусульман. Дом располагался на улице Лосевой (ныне ул. Федерации г. Ульяновска). Следует сказать, что еще в 1838 году для низших воинских чинов из мусульман города был назначен мулла, который получал жалованье из казны в размере 100 руб. ассигнациями в год. До 1853 года мусульмане Симбирска (в первую очередь татары) совершали свои намазы в частном доме купца Ильясова. Дело Курамши продолжил его сын Тимербулат - крупнейший организатор суконного производства в Поволжье. На его деньги в 1865 году молитвенный дом был переделан в мечеть после пристройки к нему красивого минарета. Она стала первой и единственной каменной мечетью Симбирской губернии. Все остальные 138 мечетей губернии были деревянными. Так усилиями татарских фабрикантов сукна впервые в Симбирске появилась мусульманская мечеть.

К началу 70-х гг. ХIХ в., когда татарское население города значительно увеличилось, здание храма стало тесным. Вновь на помощь своим единоверцам пришел Т. К. Акчурин: в 1874 г. он выделил средства на благородную цель. Деньги молодого купца и фабриканта были израсходованы на расширение здания. В результате реконструкции внутреннее помещение мечети было увеличено по обеим боковым сторонам на три сажени. Теперь храм вмещал более 300 человек. Мечеть была весьма заметным и красивым зданием губернского центра. В эти же годы мечети и учебные заведения при них были построены: Акчуриными в Симбирской губернии, в Самаре; Яушевыми – в Оренбургской губернии (в т ч. в Челябинске и Троицке); Хусаиновыми – в Самарской, Оренбургской, Уфимской, Казанской и других губерниях Поволжья и Приуралья.

Предприниматели, наряду со строительством мечети, оказывали большую помощь в их содержании, эксплуатации, ремонте, освещении и отоплении. Известным купцом Загидуллой Шафигуллиным в начале ХХ в. для мечетного комплекса в д. Акзегитове Цивильского уезда Казанской губернии было выделено сотни саженей дров[i]. Мусульманский приход (махалля – локальная мусульманская община) деревни находился под патронажем этого известного купца практически в течение полувека. При этом следует сказать, что З. Шафигуллин свою основную торговую деятельность развернул в Сибири (Иркутске), то есть за пределами своей деревни. Это было характерно не только для З. Шафигуллина, но и для части предпринимателей-татар в регионе.

В 80-х гг. XIX в. содержание 124 мечетей в Кузнецком и Хвалынском уездах Саратовской губернии обходилось населению в 90 000 руб. Значительную часть этих расходов несли татарские предприниматели.

В большинстве храмов служили образованные, подготовленные имамы. В мусульманской мечети г. Симбирска во второй половине XIX века указным муллой служил Абдулвали Гафаров. В 60-х гг. он был действительным членом Симбирского статистического комитета. Многие юридические документы, составленные Акчуриными и другими предпринимателями из мусульман г. Симбирска, проходили через его руки. В частности, им были переведены на русский язык завещания некоторых представителей семейства Акчуриных и других купцов.

На рубеже 70-80-х гг. XIX в. мулла был и на фабрике Акчуриных в с. Ляховка Карсунского уезда Симбирской губернии. Возможно, он служил на общественных началах. В этом русском селе проживало определенное количество татарских рабочих. Они в основном были крестьянами татарских деревень Карсунского, Сенгилеевского и других уездов губернии. В Ляховке появилось и татарское (мусульманское) кладбище.

В начале XX в. (1909 г.) муллой на Самайкинской фабрике товарищества Т. Акчурина был Мугшитдин Мамышев. На рубеже XIX-XX вв. в мечети при фабрике Алеевых в Мулловке Самарской губернии муллой служил Кемалетддин Раимов. Он был образованным человеком. Именно им в конце 90-х гг. XIX в. был подготовлен словарь растительного и животного мира Европы и Азии на нескольких языках (арабский, персидский, тюркский, татарский, русский, французский и латинский).

Мусульманские общины Поволжья и Приуралья ощущали постоянную помощь со стороны земляков, ведущих торговую деятельность в Санкт-Петербурге, Москве и других промышленных центрах. Татарские предприниматели были активными участниками всероссийских акций по сбору средств для сооружения соборной мечети в Санкт-Петербурге и своеобразного мусульманского комплекса на Нижегородской ярмарке.

Представители татарских купцов и промышленников с уважением относились к мусульманским духовным лицам, часто встречались с ними, в особенности, с известными людьми, в том числе с учеными-теологами. В последний период жизни Ш. Марджани по приглашению фабрикантов Алеевых посетил Симбирск и гостил у них. Его в этой поездке сопровождал один из шакирдов. Великий ученый и богослов вместе с хозяевами и представителями мусульманской общины Симбирска совершил намаз в местной мечети. Возможно, что мечеть находилась не в Симбирске, а в имении купцов и фабрикантов Алеевых. В июне 1880 г. И. К. Акчурин был приглашен в гости казанским купцом Якубом Чукиным, в доме которого среди других гостей Ибрагим встретился с известным татарским ученым-богословом Ш.Марджани. Пользуясь случаем, И. Акчурин задал ученому вопрос: не запрещает ли ислам мусульманину носить шляпу. В ответ известный ученый сказал, что об этом запрете даже говорить не следует. Этот факт нам стал известен благодаря Ризе Фахретдинову (Фахреддинову).

С известным богословом и ученым был знаком и Хасан Акчурин, который был представлен Шигабутдину Марджани еще в молодом возрасте, видимо, отцом Т. К. Акчуриным. На наш взгляд, данная встреча сыграла немаловажную роль в последующем увлечении мальчика различными науками, в первую очередь историей, культурой ислама и музейным делом. Об этом посещении своего великого сородича Х. Т. Акчурин помнил всю жизнь. Они встречались и позднее, и во время одной из бесед Хасан Акчурин спросил: «Можно ли мусульманину фотографироваться?» и услышал в ответ: «Нет большого запрета, если фото будет лежать в столе, а не висеть на стене».

Хасан Акчурин был знаком и с известным мусульманским мыслителем, религиозно-политическим деятелем и теоретиком магометанского реформаторства ал-Афгани Мухаммад бине Сафдар Джамаладдиным. Их встреча, видимо, состоялась в Санкт-Петербурге в 1887-1889-х гг. На наш взгляд, фабрикант, как меценат и знаток ислама, смог произвести впечатление на ал-Афгани. Подтверждением этого являлся тот факт, что реформатор подарил Х. Акчурину свою фотографию, что было тогда редкостным явлением.

Татарские предприниматели роднились с некоторыми религиозными деятелями. Курамша Акчурин выдал свою дочь Мягберус за известного просветителя и религиозного деятеля Бурханетдина Насретдина, ученика Ш. Марджани; фабриканты Агишевы выдали свою дочь за одного из религиозных деятелей Саратова Енгалычева и женили сына на представительнице рода Ш. Марджани, тем самым породнились с потомками Ш. Марджани.

Изложенное выше показывает, что татарские купцы и промышленники играли важную роль в жизни мусульманских приходов Поволжья и Приуралья. Оказание помощи татарскими предпринимателями мусульманским общинам региона во второй половине XIX-XX вв. стало доброй традицией. Это богоугодное дело осуществлялось в нескольких направлениях.

Во-первых, объектом пристального внимания предпринимателей были махалли, где они постоянно проживали и вели торгово-промышленную деятельность. Это было характерно для большинства татарских купцов и промышленников.

Во-вторых, предприниматели не были равнодушны и к положению общин в тех местах, где они родились и выросли. Традиционно купцы, фабриканты и торговцы поддерживали свои махалли по всей Российском империи. Предприниматели считали эту заботу о земляках богоугодным делом. Они откликались на обращения и просьбы односельчан.

В-третьих, татарские предприниматели успешно трудились и для удовлетворения потребностей общин, расположенных в других уездах, городах и губерниях как региона, так и всей страны. В данном случае необходимо иметь в виду две формы помощи и поддержки. Из них одна – помощь, оказываемая приходам отдельными купцами и фабрикантами, в том числе в виде строительства храмов. Другая - участие предпринимателей в различных благотворительных акциях, носивших региональный и всероссийский характер.

В-четвертых, татарские купцы и промышленники вступали в родственные отношения с представителями духовенства, что способствовало повышению общеобразовательного и культурного уровня предпринимателей.

Доктор исторических наук Таиров Наиль Измайлович

www.e-umma.ru