Богословское наследие Ш.Марджани

15 февраля 2013 года 13:38

Выдающийся татарский ученый Шигабутдин Марджани жил и творил в период кризиса феодально-крепостнической системы и становления капитализма в России.

Царизм в этот период времени стремился задержать развитие экономики национальных окраин, держать народ в темноте, тормозить свободное развитие национальных языков, пресекать развитие национальной культуры. Для мусульман же все осложнялось тем, что в их среде господствовало консервативное мусульманское духовенство. Мусульманские богословы-схоласты утверждали, что философы, комментаторы и законоведы сделали все возможные открытия и объяснения истины. По их мнению, задача заключалась только в умении понять, усвоить готовые положения и термины.

Деятельность Ш.Марджани в ходе этого процесса многогранна. Он известен как хороший знаток восточных языков, историк, философ и просветитель. Ш. Марджани был ахуном, настоятелем Первой соборной мечети г. Казани, хаджием, помимо этого им написано по подсчетам Г.Баруди 29 книг.

Трудно перечислить писателей и поэтов, посвятивших ему свои произведения. Но вместе с тем необходимо отметить, что многие писатели и ученые, отдавая дань эрудиции Марджани, считали его «самым крупным ученым булгарской земли», «Платоном своей эпохи».

Даже короткий обзор его творческого наследия говорит о справедливости этих высказываний.

Целью данной работы является изучение вклада Марджани в исламскую богословскую мысль и влиянии этого наследия на развитие мусульманского общества.
1. Жизненный путь и становление личности Шигабутдина Марджани

Шигабутдин ибн Багаутдин ибн Субхан ибн Габделкарим ал-Казани ал-Марджани родился 16 января 1818г. по новому стилю в селе Ябынчи нынешнего Арского района Татарстана. Скончался ученый 18 апреля 1889 года и похоронен на казанском Старо-татарском кладбище.

Дед и отец Марджани обладали большими познаниями в области истории, любили рассказывать о различных событиях минувшего. Шигабутдин с детства любил слушать эти рассказы. Большая сосредоточенность, необычайная для ребенка сила воли выделяли его среди остальных детей в семье.

Начальное образование Марджани получил в медресе своего отца, в деревне Ташкичу. Оно в свое время было довольно известным в Казанском крае. Не случайно Габдессалям ибн Урай, учитель Батырши, стоявшего во главе освободительного движения крестьян в 18 веке, был мударрисом этого медресе.

Марджани не ограничивался изучением предметов, преподаваемых в медресе. Он часто засиживался в домашней библиотеке, прилагая немалые усилия для понимания арабских и персидских книг.

Склонность серьезно размышлять о прочитанном, стремление выяснить истинное положение вещей замечается у Шигабутдина с юношеских лет. В поисках удовлетворительного ответа он читает произведения различных авторов и, обнаруживая расхождения в толковании одних и тех же положений, стремится выяснить истину.

В семнадцатилетнем возрасте Марджани принимает участие в преподавательской деятельности в медресе своего отца. В эти же годы он проявляет интерес к исследованию древностей.

Окончив курс медресе в селе Ташкичу, исчерпав возможности духовного роста и совершенствования своих знаний, Марджани в 1838 г. отправляется в Бухару. Поступает на учебу в одно из бухарских медресе. Но, чем глубже он погружается в традиционные схоластические науки, преподаваемые в бухарских медресе, тем острее в нем растет недовольство учебной программой, в которой вообще не отводилось места светским наукам. Поэтому, занятия Шигабутдин посещает редко и, в основном, самостоятельно занимается в библиотеках, концентрируя все свое внимание на самообразовании. Так он ознакомился с трудами таких авторов, как Джалал ад-дин ад-Дувани, Абу Хамид Мухаммед ал-Газали, Мухи ад-Дин ибн Араби, которые считались непререкаемыми авторитетами в области мусульманской философии и права, логики и теоретического богословия.

Плодотворным во всех отношениях был самаркандский период жизни Марджани, когда он учился в считавшемся лучшим в то время медресе «Ширдар». Как и в Бухаре, он занимался в библиотеках, чередуя свои занятия с переписыванием книг и преподаванием, чтобы заработать на жизнь.

В библиотеках Самарканда Марджани знакомился с трудами Ал-Фараби, Ибн Сины, Ал-Бируни, Ибн Рошда и делал из них выписки. Произведения вышеперечисленных авторов оказали существенное влияние на формирование мировоззрения предшественника Марджани – Г.Курсави. К этому же наследию приобщился и Ш.Марджани, читая древние книги и общаясь с наиболее одаренными и трезво мыслящими учеными своего времени.

С целью популяризации взглядов своего предшественника Марджани еще в Бухаре написал труд «Танбих абна ал-аср Аля танзих абна Абу ан-Наср».

После возвращения из Самарканда в Бухару Марджани покупает комнату при медресе «Мир Араб». В этом медресе в течение года Шигабутдин исполнял должность имама.

Последние 4-5 лет пребывания в Бухаре Марджани большое внимание уделяет сбору всевозможных сведений по истории. Он также увлекается математикой. По всей вероятности, это увлечение пришло к нему после ознакомления с наследием Мухаммада Тарагая Улугбека. Во всех научных трудах Марджани, будь они исторические или философские, обнаруживается хорошее знание точных наук.

Свое пребывание в Средней Азии, которое явилось подготовкой к его широко развернувшейся в Казани деятельности, Марждани посвятил в основном собиранию всевозможных редких книг и рукописей. Приобретенные сведения он фиксировал в специальных тетрадях.

Ш.Марджани пристально следил за внутренней жизнью Бухары. Экономический и политический хаос в Бухаре определил его критическое отношение к существующим в эмирате порядкам, особенно к системе схоластического образования, что нашло конкретное выражение в первых его работах, написанных в Средней Азии.

В результате своих занятий в Бухаре и Самарканде Марджани пришел к убеждению, что традиционные положения богословия не могут претендовать на исключительность, и отверг слепое следование мнениям других (таклид). Он считал, что каждый сам должен толковать вопросы религии и самостоятельно искать истину (иджтихад).

В конце мая 1949 года Марджани выехал из Бухары и в середине июля прибыл в Казань, а затем на свою малую родину – Ташкичу.

6 марта 1850г., выдержав экзамены, Шигабутдин назначается настоятелем 1-й Казанской мечети и главным преподавателем медресе при ней.

Всю свою жизнь Марджани преданно служил науке. Перед лицом истины все остальное не имело для него значения. Он не боялся отстаивать свои убеждения и пропагандировать их.

Марджани очень тяжело переживает крушение своих надежд на реализацию принципов справедливой организации учебного процесса, которые он вынашивал еще в Бухаре. Не желая поступиться ими, ученый встал в резкую оппозицию к правящей элите.

Принципиальность Марджани не могла не сказаться на его работе. В результате в 1854г. Марджани был лишен указа и отстранен от должности.

В течение двух десятков лет Марджани пришлось преподавать в довольно тяжелых условиях, решать самому и учебные и хозяйственные проблемы. Однако трудности не сломили его, а, наоборот, закалили его волю и характер. Именно в этот период были написаны его труды «Назурат ал-хак…», «Ал-хикмат-ал-балига…», «Комментарии к «Мулла Джелал»», вызвавшие большой резонанс в религиозно-общественной и научной жизни российских мусульман.

В 1859 году Марджани назначается редактором по изданию Корана в Казанской городской типографии. В конечном счете, он способствует появлению, как его канонического текста, так и научного издания. Его труд «Фавад-ал-мухимма» был посвящен этой важной теме.

С каждым годом авторитет и число сторонников Ш.Марджани растет. Местные власти также нуждались в его услугах. Марджани выполнял различные общественные поручения. В 1860 году ему поручили заниматься делами заключенных, связанных с соблюдением религиозных обрядов.

В те годы в религиозно-общественной жизни города была возрождена прежняя традиция времен пророка (С.А.С.) и праведных халифов. Главные праздники начали проводить не в приходах, как обычно, а в одном месте – в Новой слободе Казани, и приглашали самого авторитетного имама города. В 1863 г. в праздник жертвоприношения имамом всех прихожан города был Марджани.

В 1868 году Оренбургское духовное собрание присвоило Марджани звание ахуна и мухтасиба.

И, наконец, мусульмане Казани, сторонники Марджани, сами, собрав деньги, купили участок земли и построили новое здание медресе Марджани. 25 сентября 1881 г. состоялось открытие этого медресе, в котором Марджани преподавал оставшиеся 8 лет жизни.

По предложению тюрколога В.В.Радлова с 1 июля 1876г. по 1 июля 1884г. Марджани преподавал предмет вероучения в Казанской татарской учительской школе. Марджани пише: « У меня и в мыслях не было поступать туда в качестве преподавателя вероучения. Однако, после неоднократного приглашения Радлова и специальной просьбы губернатора, принимая во внимание то, что эту должность может занять некомпетентный и не сведущий в исламе человек с негативными последствиями в дальнейшем для учащихся, я задумался. Имея в виду необходимость ознакомления учащихся с учением ислама, отношением его и его служителей к повседневной жизни, к различным наукам, показывая их вклад в цивилизацию, я согласился ».

Марджани приступил к работе с большим энтузиазмом и надеждами. Свой курс вероучения он читал на основе авторитетных источников. При изложении своего курса учащимся Марджани старался привить им самостоятельное мышление, дать в полном объеме историю ислама.

Первые 2-3 года дирекция школы поддерживала концепцию его базового национального образования с последующим изучением русского языка, придерживалась его системы набора учащихся. Однако в последующем в школу начали набирать молодежь со слабым знанием родного языка и ислама. С таким контингентом Марджани работать не мог и летом 1884г. уволился с работы. Разумеется, созданная по инициативе сверху, эта школа преследовала совершенно другие цели, в корне отличавшиеся от цели ее преподавателей.

До своей кончины Марджани занимался преподавательской деятельностью и написанием научных трудов. Скончался он на 71- м году жизни 18 апреля 1889 года.[2]
2. Вклад Марджани в развитие мусульманского общества
2.1. Отношение Ш. Марджани к различным мазхабам

По мнению муллы Хабибенназара Утяки Ш. Марджани в сфере фикха придерживался методологии ханафитского мазхаба, однако у него не было мазхабического фанатизма, он не считал необходимым ограничиваться одним мазхабом. Он считал ошибкой межмазхабическую вражду.

Мулла Хабибенназар, в доказательство мазхабической толерантности Марджани, приводит случай из личной жизни. Когда в 1887 году они ехали с ним на свадьбу в д.Курса, то Марджани с ним читал намаз аср до срока наступления его времени, причём на открытый вопрос об этом, Ш. Марджани отвечал, что у шафиитов принят хадис об объединении этих двух намазов и что можно следовать этой практике.

По мнению Г. Умери, Ш. Марджани считал ханафитский мазхаб самым передовым, его доказательства более крепкими, хотя допускал в некоторых вопросах преимущество других мазхабов. Он предпочитал нахождение в рамках мазхаба. По словам Г. Умери, Ш. Марджани старался в своих работах отстаивать ханафитское мнение, доказывал его преимущество.
2.2. Разделение научных дисциплин игътикада и каляма

В то время, многие не проводили четкого различия между верой (игтикад) и теоретическим богословием (калам). Если кто-нибудь сомневался в истинности чего-либо в теоретическом богословии, его считали отступником от веры, кяфиром.

Изучая произведения Курсави ал-Булгари, Ш.Марджани убедился в полной несостоятельности подобных обвинений. Он понял, что вероисповедание истинное (т.е. то, чего придерживались при Мухаммаде (С.А.С.) и непосредственно после него) – это одно, а вероисповедание, которое со временем трансформировалось, искажалось и, наконец, стало определенным шаблоном, - это другое!

И поэтому, как и Курсави ал-Булгари, он призывает к творческому изучению первоисточников, считая, что каждый должен сознательно находить доказательства всему, в чем сомневается. Такой переоценке ценностей немало способствовало сочинение ал-Газали «Ихйа улум ад-дин» (Воскрешение богословских наук), в котором автор отбросил всякую зависимость от более ранних авторов и обратился прямо к первоисточникам.

Таким образом, Марджани задался целью модернизировать исламское учение и дать ответы на вопросы времени, оставаясь при этом полностью в рамках шариата, хотя и считал необходимым разрушить тесные рамки искаженного религиозного мировоззрения и стал на путь его реформирования. В этом отношении особенно поучительна его работа «Назурат ал-хак…», вышедшая в 1870 году.
2.3. Марджани отвергает слепое следование мнению других. Иджтихад, как противоположность таклиду

Необходимость соблюдения религиозных обрядов в непривычных для мусульман северных широтах, в связи с особенностями климата, проблема исполнения пятикратного намаза в летнее время года, когда день необычно длинен и сумерки практически не наступают, порождало множество вопросов, ответы на которые невозможно было найти в средневековых трактатах. Аналогичной являлась проблема, связанная с соблюдением поста в месяц Рамадан в условиях Крайнего Севера, где солнце не заходит и не восходит месяцами. Ссылки на религиозные авторитеты в данных случаях были не возможны, поскольку в Коране и сунне эти проблемы, в силу объективных причин, вообще не рассматривались. Причем существовали два противоположных мнения по этому вопросу. Г. Утыз Имяни ал-Булгари, например, считал, что в тех местах, где в летнее время сумерки так и не наступают, исполнение ночного намаза не является обязательным.

Противоположной точки зрения придерживались А.Курсави и Ш.Марджани. Работа Марджани по этому вопросу называлась «Назурат ал-хак фи фардият ал-аша ва ан ля ягиб-ш-шафак» (Обозрение истины относительно обязательности вечерней молитвы, когда не наступают сумерки).

Главное отличие концепции Марджани от предшественников состоит в том, что он предлагал обратиться к иджтихаду (самостаятельному суждению) в том случае, когда в основных источниках фикха (Коран, сунна, иджма и кияс) невозможно было найти ответ на этот конкретно поставленный вопрос. В данном случае как быть: считать обязательным исполнение пятикратного намаза или ограничиться четырехкратным в летнее время года.

В «Назурат ал-хак…» Марджани углубляет и конкретизирует идеи, выдвинутые А.Курсави, приводит свои доводы в обоснование самостоятельности суждений по этим вопросам. Основной акцент в работе делается не на Коран и хадисы, не на сунну, иджма и кияс, а на собственное знание и на здравый смысл.

По Марджани, любой человек, обладающий достаточными знаниями в религиозных вопросах, может выносить абсолютный иджтихад (т.е. высказывать свое весомое суждение по этому вопросу). Этим абсолютным иджтихадом и ответом на вопрос, вплоть до его практического применения, и является его труд «Назурат ал-хак..».
2.4. Марджани и реформа религиозного обучения и школьного образования

Заслуга Марджани в том, что он доказал, что ислам нуждается в развитии наук и что возрожденные с помощью их ценности могут стать прочной основой современного мусульманского общества.

Будущее своего народа и возрождение исламских традиций времени пророка Мухаммада(С.А.С.) Ш.Марджани видел в подрастающем поколении и поэтому всеми доступными средствами добивался изменения характера его воспитания. Немало усилий потратил он на реформу школьного дела и внедрение преподавания светских наук, упорядочение работы в медресе.

Основные тезисы Марджани, касающиеся реформы религиозного учения и школьного обучения, сводились к следующему:
а) на любой религиозный вопрос каждый по своему разумению из Корана сам должен найти ответ;
б) категорически покончить с обычаем слепого подчинения мнениям других;
в) изъять из медресе старые богословские книги схоластического содержания;
г) в медресе ввести преподавание Корана, хадисов и истории ислама;
д) не возражать преподаванию в медресе светских наук и русского языка;
е) вернуть мусульман к основам древнеисламской культуры времени пророка Мухаммада(С.А.С).

В последнем пункте выражено основное содержание мыслей и стремлений Марджани, выдвинутых в свое время А. Курсави, - освободить учение ислама от чуждых его духу наслоений, внесенных в него сознательно или несознательно в последующие века, очистить его от фальсификаций и суеверий, изгнать из него фанатизм и исключительность.

В своем медресе он вносил в учебную программу ряд изменений, стремясь заинтересовать учащихся историей, математикой, географией, литературой и другими предметами, которые во времена расцвета Арабского халифата считались весьма престижными. Но даже эти скромные нововведения вызывали протест, как у его воспитанников, так и у коллег ученого. Они отказывались от изучения этих «нерелигиозных предметов», утверждая при этом, что время, которое они теряют на изучение этих светских дисциплин, тратится в ущерб изучению формальной логики, результатом чего является отставание учащихся в области ведения религиозных диспутов.

Тем не менее, стремления Марджани не сломало отсутствие общего языка с шакирдами, которые отдавали предпочтение традиционным схоластическим дисциплинам, чтобы не отстать от своих коллег в других медресе.

Тогда, в середине 19 века, время кардинальных реформ в области просвещения еще не наступило. Общество еще не было готово к этому. И поэтому многие начинания ученого не могли быть реализованы. Важно, что эти проблемы им были поставлены, хотя они и не были решены.
2.5. Примеры отношения Марджани к другим религиозным вопросам

Ш. Марджани был оригинальным мыслителем, действительно по-своему решающим проблемы. Например, им подготовлено исследование по проблеме разрешённости брать в жены русских женщин и разрешённости мяса, зарезанного русскими. Эта его книга «Тазкирател муниб» достойна перевода на русский язык, чтобы проследить логику Марджани, т.к. он дает отрицательный ответ на оба вопроса.

Ш. Марджани стоял на страже мусульманской идентичности, охранял её от покушений со стороны. По словам муллы Хабибенназара Ш. Марджани обращал внимание на необходимость противостояния миссионерской деятельности христиан против мусульман. В этой связи, он любил читать произведение «Изхаруль хак» индийского ученого Хинди, в которой с точки зрения Ислама критикуется христианство. Ш. Марджани использовал эту книгу в процессе преподавания в медресе.

Мулла Хабибенназар вспоминает, что Ш. Марджани стремился вернуть в практическое использование календаря хиджры, а также стремился отказаться от русскоязычных окончаний фамилий, подписывался на заявлениях как «Шихабутдин Бахаветдин углы».

Ш. Марджани последовательно боролся за приведение бытующих религиозных обычаев у татар к правилам нормативной сунны. Например, в его период получил распространение обычай чтения дополнительного намаза хавел («страха»), когда при смерти кого-либо после намаза ахшам совершался этот намаз, после чего имам делал коллективное дуа. В этом случае Ш. Марджани дает подробный анализ этой ситуации, полезный и для сегодняшнего дня. По его мнению, посвящение саваба от таких благих дел, как совершение намаза, уразы, хаджа, садаки, чтения Корана другим лицам допустимо, т.к. Всевышний доводит этот саваб до адресата, от чего тот получает пользу. Против этого обряда «багышлау» выступали поначалу мутазилиты, сегодня же против этого выступают ваххабиты. Ш. Марджани аргументированно доказывает правомерность и корректность самого посвящения-багышлау, в то же время указывает на недопустимость его коллективного совершения именно после намаза ахшам при участии муэдзина и имама. Ш. Марджани подчеркивает, что он сам с самого детства совершает намаз при известии смерти кого-либо и посвящает саваб душе умершего, к этому он призывал и своих прихожан, однако разъяснял его необязательный характер и необходимость индивидуального исполнения этого намаза.
Заключение

Ш. Марджани оказал большое влияние на следующие поколения мусульманских деятелей из татар. Из сторонников Ш. Марджани можно назвать многих, однако наиболее значительный практический вклад в продолжение его дела внес Галимджан Баруди, который воплотил в жизнь мысли Ш. Марджани, касающиеся образовательной деятельности.

В Казани единственной незакрытой мечетью в советский период была мечеть Марджани, в которой вживую сохранились как бы в законсервированном виде все обычаи со времен Ш. Марджани, это касалось практически совершения всех обрядов, вплоть до текста пятничных хутб, поправленных в свое время Ш. Марджани. Мечеть Марджани, её костяк активных прихожан стали той базой, на которой шло исламское возрождение в Татарстане и Казани. Многие активисты этой мечети стали имамами других вновь открываемых мечетей («Нурислам», «Ислам», «Азим», «Рамазан» и др.) и многое сделали для распространения духа Ш. Марджани по всей республике. Может, они не называли это специальными терминами, но их религиозное понимание было именно марджаниевское, то, что принято называть джадидизмом.

Ш. Марджани вывел необходимость исполнения фарзов из-под зависимости от астрономических явлений, доказав обязательность совершения пятикратного намаза вне зависимости от солнца. Ш. Марджани показал отсутствие зависимости фарзов от солнца, поэтому необходимо больше пропагандировать это мнение Ш. Марджани среди мусульман.

К. Таржемани называет научной заслугой Ш. Марджани разделение научных дисциплин игътикада и каляма, которые представлялись как одно и то же, Ш. Марджани же показал, что калям сугубо служебная дисциплина, необходимая в противостоянии другим мировоззрениям, тем самым указал ей её законное место. Из того, что калям с того времени и до сих пор не преподается в мусульманских медресе, есть наверно влияние критики Ш. Марджани.

Хади Атласи выделяет среди заслуг Ш. Марджани его борьбу за изучение естественных и точных наук. Это актуально и сегодня.

Мы по воле Всевышнего живем в многоконфессиональном обществе, в котором важен межрелигиозный диалог, общение между представителями духовенства разных религий. Одним из зачинателей такого диалога можно считать Ш. Марджани.

Галимджан Баруди обращает внимание на взгляды Ш. Марджани на взаимосвязь религиозного и этнического. Ш. Марджани видел в национальных обычаях способ сохранения приверженности религии, поэтому он считал необходимым сохранение национальный одежды, языка, обычаев казанских татар. По словам Г. Баруди, Ш. Марджани выступал за знание русского языка, но не терпел использования русских слов в татарской речи. Это так актуально и сегодня.

Марджани был имамом самой значительной казанской мечети в течение почти 40 лет, что позволило иметь необходимый материальный ресурс для занятия научным творчеством и, что немаловажно, позволило ему издать многие свои книги при жизни. Идеи, которые он пропагандировал, были высказаны и до него, но у его предшественников не было возможности их сделать достоянием широкой общественности. Соединение его учености с высоким общественно-религиозным статусом сделало Ш.Марджани символом целого движения, известного под именем джадидизма. Несмотря на прошедшее время, религиозное наследие Марджани сохранило свою актуальность до сего дня, более того его подходы оказывают влияние на мусульманское сообщество и сегодня.



Подготовила Фатима Воронович

 

источник: islam.by

Другие журналы

Посол Индонезии в РФ: "Я увидел очень много сходств между мусульманами Индонезии и Татарстана"

Сотрудничество Духовного управления мусульман Республики Татарстан с мусульманскими странами выходит...

08 июля 2016 года 16:20
Персона
Избран 17 апреля 2013 года
Персона
с 1992 года по 1998 год
Персона
с 1998 года по 2011 год
Персона
с 2011 года по 2013 год

Расписание намазов

ФАДЖР
ШУРУК
Зухр
Аср
Магриб
Иша
Архив новостей
Tatarstan.Net - все сайты Татарстана